Может это не очень смело не хотеть умирать, но я остаюсь приверженцем привычки, этой пагубной привычки жить. Мы живем даже без надежды, а если мне удастся найти надежду, тогда все, это лучшее, что я могу сделать.
Мёртвый рокер дороже живого. Дурацкий мир, да?
Почему те, кто больше всего заслуживают жизни, умирают, а те, кто заслуживают смерти — живут?
Кто бы мог подумать что путь к смерти может быть таким кайфовым! А путь к смерти это и есть жизнь
В супермаркете холодно, но тебе это нравится. Люди всегда очень внимательно читают бирки своих любимых продуктов, чтобы увидеть, сколько в них химии, а потом вздыхают и всё ровно кладут их себе тележку, говоря тем самым – это вредно для меня, вредно для моей семьи, но мы это любим. В супермаркете никто не думает о смерти.
Теперь ты ясно видишь вещи. Видишь эти дурацкие жизни, странные голоса. Кругом Милли Ванилли. Ты смотришь на вещи, которые не можешь купить, а теперь даже не хочешь покупать. Всё это останется после твоего ухода, после твоей смерти. И тогда ты понимаешь, что все эти вещи в ярких витринах, эти модели в каталогах, эти краски, эти специальные предложения, эти рецепты Марты Стюарт, эти горы жирной пищи — лишь попытка отсрочить нашу смерть. Но тщетно.
— Ты не боишься смерти?
— Почему я должен бояться?
— Тебя же не будет.
— Кто знает, что будет: меня не будет или я буду. Если буду, там и разберусь. Я не буду сейчас волноваться о том, что будет, когда меня не будет.
— Ты что делаешь?
— Возвращаю тебя с того света.
— Я умерла?
— Да, и мертвой ты мне больше нравилась.
Ты не боишься смерти. Думаешь, это делает тебя сильнее? Ошибаешься.
Я не буду хоронить вас. Я похоронил достаточно членов семьи Уэйн.
Курильщик, который не хочет курить, и писатель, который не хочет писать, обречены смерти.
Жизнь не всегда бывает счастливой, а смерть — болезненной.
