Есть только один грех — воровство, любой другой грех это вариации воровства.
Иногда возникает непреодолимое желание исповедаться. И нельзя упускать этот момент.
Всем нужен Бог. Но не всякий может помолиться — грехи не пускают.
Грехи существуют, чтобы ими наслаждаться
— А я его предупреждал, но он и ухом не моргнул!
— С чего ты вообще взял, что его убили?
— Он был левшой, а выстрел был произведен в правую голову.
— Ну и где он сейчас?
— Ну
смотря сколько грехов у него было.
— Допустим, докажем мы, что это не самоубийство. Выявим, как говорится, ошибки следствия. Вам-то лично зачем это нужно?
— Это не мне, это ему надо. Грех это. Самоубийство — страшный грех. Если человека убили — мученик. И отношение к Есенину другое. Самоубийца — трус. Есенин трусом никогда не был.
— Я согрешил.
— Согрешил? Дети никогда не совершают грехов.
— Я уже не ребенок!
Боже, за какой из моих грехов караешь?
Люди любят раскаявшихся грешников. Они импонируют им даже больше, чем герои.
Грехи искупаются не в церкви. Они искупаются на улице
Если бы я не воображала себя грешницей, то не была бы так добродеятельна в жизни
— Поведай о своих прегрешениях, сын мой.
— Ну, падре, не хотелось бы задерживать вас тут на всю ночь
Давайте расскажу только о последних
